Cepгe[й]р (sergeyr) wrote,
Cepгe[й]р
sergeyr

Category:

Часть четвертая. Воздействие с воздуха.

Воздействие советской авиации на немецкий тыл было ничтожно вплоть до завершающего этапа войны. Дальние бомбардировщики выполнили ряд тревожащих налётов, но в сравнении с бомбардировками союзников это капля в море. Единственный фронтовой бомбардировщик на переломное время (42-43гг) - Пе-2 - имел не слишком большую (для налетов даже в ближний тыл) дальность, выпускался в нерекордных количествах (по советским меркам), однако с советским качеством - и выбывал со страшной скоростью, невзирая на скорость (извините за тупой каламбур). По большому счёту, Пе-2 вообще был малогоден как бомбардировщик (у союзников бывали и истребители с большей бомбовой нагрузкой), но другого не случилось - более годный Ту-2 начали выпускать поздно и мало, ленд-лизовские же бомбардировщики погоды не сделали. К этому нужно прибавить, что за всю войну в СССР практически не завелось пилотов, способных бомбить с пикирования - соотвественно, точность бомбометания оставалась аховой как для тактических бомбардировок.
Штурмовики же (Ил-2 и Ил-10) выпускались в огромных количествах, но для ударов по тылам они были непригодны вообще, в принципе.

Т.о., воздействие советской авиации можно в общем считать вместе с воздействием артиллерии - это были в основном удары по передовой и самому неглубокому тылу.
В этом ключе особенно интересно рассмотреть ключевую машину для таких ударов - Ил-2.
Легенд вокруг него ходит множество, и почти все они, в общем, откровенно лживы.

Во-первых - это был вовсе не "летающий танк". Самой мощной деталью его брони была 12-мм бронеспинка пилота (защищавшая только сзади), выдерживавшая пулеметный обстрел с не очень близкой дистанции, но не более. Бронирование мотора и кабины - толщиной в 4-6 мм - почти гарантированно (вопреки всем уверениям) пробивалось чем угодно, кроме мелких осколков и пуль на излёте. Будь сталь покачественней - всё могло бы быть не так печально, а так - увы. В общем-то, такое бронирование было просто бесполезно и только отнимало у самолета львиную долю полезной нагрузки.
В отличие от танка, Ил-2 также практически не мог отбиваться от противников - даже в двухместном варианте (с пулеметом в задней части кабины) он лишь теоретически был не беспомощен против истребителей, в действительности же стрелков чаще просто не брали - знали что с обычным (достаточно опытным) немецким пилотом неопытный стрелок* почти наверняка не справится, и только погибнет зря (бронирование кабины на рабочее место стрелка не распространялось, так что стрелок погибал первым).

(*) А откуда там браться опытным стрелкам, если живучесть этих машин была до середины войны от 5 до 20 вылетов на потерю, причём экипаж как правило гробился вместе с машиной?

Во-вторых - Ил-2 не был также и "грозой танков". Единственный пример действительно удачного применения этих машин против танков в решающие периоды войны состоялся только в 43-м, когда с них впервые применили - и сразу массово, по плотным боевым порядкам - новейшие на тот момент кумулятивные противотанковые бомбы (достаточно мелкие, чтобы вываливать их сотнями с одного самолёта). Немцы буквально в тот же день** уменьшили допустимую плотность порядков - и примеры эффективного применения ПТАБов быстро поувяли. Впрочем, ПТАБы всё же оставались относительными чемпионами - прочие способы борьбы с танками для Ил-2 были вообще практически неосуществимы: попадать в танк из пушки или, тем более, РСом, они были малоспособны (даже в полигонных условиях их "прицельный" огонь по неподвижной цели размером с танк давал ничтожные проценты поражений; в боевых условиях этот процент всегда радикально падает в сравнении с полигонными). Хохма к тому же в том, что как раз "ковровое бомбометание" ПТАБами было полностью противоположно основной концепции штурмовика - он, по определению, был машиной для пушечно-пулеметного огня с возможностью применения реактивных снарядов, а нести авиабомбы должен был лишь в качестве вспомогательного вооружения.

(**) Такая скорость работы штабов вообще для немцев была вполне характерна - ещё во Франции, впервые столкнувшись с хорошо бронированными танками, они в течение суток осознали размеры проблемы, выработали действенные рекомендации и довели их до войск (по всему фронту!)

Итого, оба "легендарных" козыря были неиграющими: всё это знаменитое тяжелое (как для самолёта) бронирование лишь делало штурмовик неуклюжим, облегчало тем самым задачу вражеским истребителям и зенитчикам, а противотанковые возможности штурмовика были в общем не блестящи, даже когда его правильно применяли.

При этом низкая скорость и отвратительная высотность означали, что прорвать сколько-нибудь серьёзную ПВО противника штурмовики не имели практически никаких шансов - даже просто встречный пулеметный огонь с земли валил их запросто, удар же по какому-либо важному (т.е. прикрытому зенитными батареями) объекту почти неизбежно выливался в огромные потери, а о налётах в глубину обороны или по наступающим колоннам обычно не могло быть и речи - в этих случаях, помимо зенитного огня, на штурмовики наваливались ещё и истребители (немцы обычно не держали истребители по всему фронту, а вызывали их при надобности, ибо на весь фронт машин у них просто не хватало).
На первый взгляд, даже единичный случайный прорыв штурмовиков к колонне на марше мог бы окупить все потери и расходы, т.к. колонну можно было бы просто расстрелять на проходе, но - увы: атака даже неприкрытой колонны, «при всей своей стремительности и внезапности, приводила лишь к бесцельной трате боеприпасов практически без ущерба для противника» (штурмовики попросту несли слишком малый боезапас, и использовали его слишком неточно, чтобы громить даже такую удобную цель).

Всё это диктовало единственную доступную штурмовикам тактику: с горизонтального полёта на малой высоте (ибо пикировать строевые лётчики не могли даже полого, а прицелов для высотного бомбометания не имели) на слабые участки обороны противника (иначе - при низковысотном-то горизонтальном полёте - мигом растерзают зенитным огнем) и только на переднем крае (тогда противник не успевал заметить их достаточно рано, чтобы успели набежать злобные истребители).
Иными словами, единственным реальным регулярным способом их использования была простая доставка боеприпаса к не слишком густо прокопанным окопам противника - и вываливание этого боеприпаса "куда-то туда", с точностью некорректируемого артиллерийского огня (в полосу 10x200м они, как показали полигонные испытания, попадали хорошо если 1 бомбой из 8 - для артиллерии такая точность была бы позорной).
Последней полезной возможностью могла бы стать возможность внезапно и быстро (без предварительного сосредоточения сил, кое могла бы вскрыть разведка противника) перепахивать участок обороны противника для его прорыва войсками... но этого штурмовики не могли тоже, т.к. им для работы над целью нужно было много свободного места: машинки неуклюжие, обученность пилотов никакая, с земли отстреливаются - так что плотные формации штурмовиков можно забыть как страшный сон. Оставалось медленно и печально "крутить колесо" над передовой, а это уже было ничем не лучше (а если быть точным, то хуже - см. ниже) обычного артобстрела дивизионными гаубицами.

Итого, штурмовики почти всю войну могли регулярно выполнять только одну роль: неточной и ненадёжной гаубицы, которую при заходе на сколько-нибудь важную цель вероятно уничтожат ещё до первого выстрела - так, что ли?
"Ып" (русский народный неопределенный артикль в условной обратной транслитерации).

Эффективность ударов старались повысить самыми разными способами: пробовали пологое пикирование (увы - не справлялись ни лётчики, ни планер), настаивали на повторных заходах (время нахождения над целью увеличивается, что для настолько уязвимой машинки не вполне оправдывает возможность попасть хоть раз в хоть кого-то хотя бы со второго захода), экспериментировали с подвеской большего количества бомб и РСов (отчего штурмовики начинали летать как топоры)... в общем, всё было без особого толку.

Какова была эффективность такого использования самолёта - в цифрах?
Сколько-нибудь точный расчёт практически невозможен, но оценки сделать нетрудно:

1)
Действительная нагрузка Ил-2 по официальным рекомендациям - 300-400кг. Это приблизительно соответствует по поражающей силе десятку-двум гаубичных снарядов.
Итак, средний Ил-2 за один вылет мог нанести урон примерно как обычная гаубица за то же время?
Увы, нет, намного хуже.
Потому как гаубица, выпустив 10-20 снарядов за несколько минут, вовсе не должна была тратить следующие несколько часов на возвращение, обслуживание и мелкий ремонт, заправку и подвеску бомб, и полёт снова к цели. Пока штурмовик занимался всем этим - гаубица могла стрелять, стрелять и стрелять, выпустив уже не 10-20, а 100-200 снарядов.
К тому же гаубичные батареи таки можно было концентрировать на участке прорыва почти неограниченно, в то время как допустимая плотность работающих по цели штурмовиков - см. выше - была очень невелика.

2)
Живучесть Ил-2 в периоды активных боевых действий до середины войны - от 5 до 50 боевых вылетов. Даже в идеальном случае, при полном отсутствии противодействия, Ил-2 не могли сделать больше вылетов, т.к. их довольно низкокачественные моторы выдерживали лишь от 20 до 50 часов работы. Часть этих часов тратилась ещё в тылу, на боевую работу оставалось всего-ничего, и число самолётов, разбившихся (вместе с лётчиками, как правило) из-за выхода из строя мотора, было неизбежно огромным. "Стальной гроб с крыльями", да.
Гаубицы были куда более долговечны и живучи. Сами по себе они выдерживали настрел в десятки и даже сотни тысяч выстрелов, и даже если противник вёл контрбатарейный огонь - гаубичные батареи обычно оставались относительно целы, хотя расчеты часто и вынуждены были прятаться по щелям (прямое попадание в орудие, стоящее на закрытой позиции - это редкий случай, мелкими осколками орудие не сожжешь, а временно оставшаяся "без управления" гаубица, в отличие от самолёта, не расхреначивается в хлам падением на землю: переждали арт-налёт, вылезли и снова стреляем, в крайнем случае - сменив позицию, чтобы вражины опять не накрыли).

3)
Гаубица, наконец, могла вести огонь несравненно более точный: коректируемый огонь запросто давал одно за другим попадания в точечные цели, и даже некорректируемый (просто грамотно наведенный) легко накрывал небольшие группы целей с первого залпа, причём сорвать огонь гаубиц не могли ни погода, ни ночь. Конечно, контрбатарейный огонь противника мог сорвать длительный обстрел какой-то цели, но грамотная смена позиций предотвращала и эту неприятность.

Итого, Ил-2 - это слабая, уязвимая, неточная, погодно-зависимая и сугубо-дневная "дальнобойная гаубица" с небольшим боезапасом и слабой минимальной плотностью обстрела. Но "дальнобойная", этого не отнимешь - обычная гаубица и на 20 км не выстрелит, а Ил-2 имел рабочую дальность в 100-200 км... при условии, что это была дальность полёта по своей территории и без противодействия вражеских истребителей. А толку-то с такой "дальнобойности", если её-то как раз и нельзя использовать ни против движущихся колонн противника, его штабов, складов и транспортных узлов, ни для концетрации огня?

И последний штрих.
Ил-2 на 42г стоил в районе 200-350 тыс.руб., а обычная 122-мм дивизионная гаубица уже в 39г (т.е. до развертывания массового военного "вала" производства) стоила всего 84 тыс.руб. - в 3-4 раза меньше.

Т.е. Ил-2 - это не просто очень плохая, но очень _дорогая_ и при том очень плохая "гаубица", практически неспособная выполнять никакие роли, кроме этой самой "гаубичной" (в противотанковой роли, повторю ещё раз, Ил-2 тоже выступили примерно как те же гаубицы: в определенных условиях успешно, но в массе - так себе).

В общем, хреново в СССР было с расчётом параметра стоимость/эффективность.

P.S.
Довольно любопытный вопрос - а как так вообще получилось, и можно ли было этого избежать?

Получилось - просто: недооценили будущую плотность зенитного огня и переоценили стойкость своей брони.
Прокол-то сам по себе простительный - те же англичане со своими "бэттлами" лопухнулись почти так же, да и вообще - с кем не бывает. Но англичане-то сразу поняли что вышел лузл - и пошли другим путём (тоже кривоватым, но как-то хоть логически понятным), а наши - так и упорствовали в своей ошибке до конца войны.

Что можно было сделать вместо этой порнографии?

1. Можно было с самого начала без оптимистических фантазий учесть возможности своей промышленности, осознать что одеть _самолёт_ даже в противопульную броню эта промышленность не потянет (ничья не могла потянуть - и до сих пор не тянет, очень уж сложно делать настолько качественную сталь в таких количествах!) - и отказаться от всего, кроме обычных бронеспинки и участка бронестекла.
Полезная нагрузка возросла бы _вдвое_, при незначительном падении уязвимости.
Конечно, можно сказать что задним умом все крепки. Но при чём тут задний ум? Ведь можно было отказаться от концепции "летающего танка" просто по результатам полигонных испытаний стойкости бронекоробки. Казалось бы - как два пальца об асфальт, но нет - не то вообще таких испытаний вовремя не провели, не то не обратили на них внимания.

2. Можно было в первую очередь провести полигонные испытания _точности огня_ (с обычными строевыми летчиками) - и понять что пушечно-пулеметный огонь по наземным целям даёт явно недостаточную точность попаданий, а значит нужно не выпендриваться и полагаться на грубую массу вываливаемого боезапаса - т.е. на бомбы (лучше - кассетные: площадь поражения растёт в разы, если не на порядки; немцы - догадались и с самого начала войны использовали их для низковысотного бомбометания).

3. Далее можно было идти двумя путями: либо плюнуть на невысокую точность - и просто вываливать бомбы тоннами, "проутюживая" заданные площади, либо попытаться экономить чугуний с порохом, а также и жизни собственных солдат (по коим неточно вываливший груз бомбер тоже может попасть) - и бросать бомб поменьше, но с пикирования, с высокой точностью.
Хороший пикировщих - это очень круто, да. Но есть нюансы. Во-первых - эта идея тогда только недавно появилась (придумали американцы, изначально - для своей морской пехоты, а немцам и японцам, по причине сырьевого голода, идея экономии чугуния с порохом была очень по душе - и они оперативненько решили себе тоже такое позаводить; остальные - включая _армию_ США - среагировали не столь оперативненько). Во-вторых, бомбометание с пикирования требует больших затрат на выучку пилотов - по сути нужно создавать элитную прослойку в и без того привилегированном слое военных летчиков, а это плохо совмещается с сосилистиской идеей в дубовой савецкой интерпретации. В-третьих, наконец, пикирующий самолёт очень сложно делать скоростным или тяжелым (самолёт со скоростными обводами в пикировании норовит разогнаться настолько, что выйти из пике с разумной для бомбометания высоты уже не успеет; тяжелый самолёт в пикировании - это вообще как корова на льду, только корове падать всё же не так больно).
"Горизонтальный" бомбардировщик - вот это на тот момент естественный путь. Такие бомбардировщики можно смело делать двухмоторными - это автоматически увеличивает дальность и надёжность, а взлетно-посадочные характеристики будут всё ещё терпимыми для использования с полевых аэродромов. Такие бомбардировщики можно "разгонять" насколько нагрузка позволит. Для них не так критична выучка экипажа. Опыт разработки и производства таких бомбардировщиков в СССР уже есть, и оч-ч-чень немалый. В общем, это и был нормальный, годный путь.
Компромисный путь теоретически тоже возможен - большинство двухмоторных бомбардировщиков Второй мировой могли бомбить с неглубокого пикирования. На практике этим пользовались не так часто, как хотели, но для немцев это было всё же обычной практикой.
Собственно, на этом последнем ("горизонтально"-компромисном) пути, казалось бы, и лежит основной совесткий фронтовой бомбардировщик - Пе-2. Однако ж на деле - фиг: Пе-2, переделка из проекта двухмоторного истребителя, никак не тянул ни на роль простого бомбовоза, ни на роль пикирующего бомбардировщика (у англичан похожая фишка - "Москито" - вышла неплохо, у СССР... хотели как лучше, получилось как всегда). Этим же "нормальным" путём сделали в СССР и очень неплохой бомбер (Ту-2), но... прощёлкали клювами и пустили его в массовое производство только под конец войны.

Как вся эта обыкновенная советская упорная тупость выливалась в цифры немецких потерь от воздействия с воздуха?
А хрен его знает.
Сравнить с воздействием союзников даже теоретически невозможно, поскольку это были принципиально разные типы ударов: наши работали в основном по переднему краю, а союзники - по глубоким тылам; оба метода по своему порочны, но сравнивать их на цифрах - это вообще ад, криминал и содомия. Немецкий армейский подход - удары по ближнему тылу (т.е. дополняя артиллерию на глубину, а не пытаясь её подменить, но всё же концентрируясь на войсках, а не на гражданских) - мне лично кажется единственным здравым, но опять же - попробуй это докажи на цифрах...
Tags: война, историческое
Subscribe

  • (no subject)

    Расхваленная "Задача трех тел", извините, на мой взгляд - полторы хромые идеи, окончательно и бесповоротно загубленные исполнением типа "ну это же…

  • (no subject)

    Ещё один физический глюк у Бакстера, забыл в общем списке упомянуть. В последней главе у него есть описание специализированного прозрачного…

  • (no subject)

    Стивен Бакстер, "Эволюция" Сразу отмечу, что несмотря на всё что я ниже написал - книга захватывающая, фантазия у автора работает неплохо, и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments